76 >

чувственности  и всей воли к существованию, пребыванию. Иначе  Шопенгауэр не
пребывал бы, можно биться об заклад, он сбежал  бы: но его удерживали  враги
его; враги все снова и снова совращали его к существованию; его гнев, совсем
как у  античных  циников,  был его усладой,  отдохновением, возмещением, его
remedium от тошноты, его счастьем. Все это касается чисто личного  момента в
случае Шопенгауэра; с  другой стороны, в нем есть и  нечто типичное - и  тут
вот мы снова приходим к  нашей проблеме.  Не подлежит никакому сомнению, что
покуда на земле есть философы  и всюду,  где только их ни было (от Индии  до
Англии, если  брать крайние полюсы философской  одаренности),  налицо  чисто
философская  раздражительность и rancune к чувственности -  Шопенгауэр  лишь
наиболее красноречивая и,  буде  на  то есть  уши,  наиболее  пленительная и
чарующая  вспышка ее; равным образом налицо и чисто философская предвзятость
и задушевность  по отношению ко всему аскетическому  идеалу - на сей счет не
должно быть  никаких иллюзий. То и  другое принадлежит, как было сказано,  к
типу; если  философу недостает  того и другого, он  - будьте  уверены - есть
всегда лишь "так называемый". Что это значит?  Ибо названная ситуация должна
быть  прежде истолкована: сама по  себе она маячит перед глазами,  глупая до
скончания времен, как всякая "вещь в себе". Каждое животное, а стало быть, и
la bete  philisophe инстинктивно стремится к оптимуму благоприятных условий,
при которых  оно может развернуться во всю силу и  достичь максимума чувства
власти; каждое животное столь же инстинктивно - и обнаруживая при этом такую
тонкость чутья,  перед  которой  "пасует всякий разум",  -  отшатывается  от
любого рода беспокойств  и препятствий, лежащих или смогших бы лежать на его
пути  к оптимуму  ( - я  говорю не о  его пути к  "счастью", а  о его пути к
могуществу,  к действию, к  непомерной  активности и  в  большинстве случаев
фактически  к  несчастью).  Таким  вот образом философ чурается  супружеской
жизни  и всего, что могло  бы совратить  к  ней, -  супружеской  жизни,  как
препятствия и  роковой напасти  на его  путях  к  оптимуму.  Кто  из великих
философов до сих пор был женат? Гераклит, Платон, Декарт,  Спиноза, Лейбниц,
Кант, Шопенгауэр - не были; более того, их  невозможно даже представить себе
женатыми.  Женатый  философ  уместен  в  комедии,  таков  мой  канон:  и  то
исключение, Сократ - злобный Сократ, кажется, оттого, собственно, и  женился
ironice,  чтобы  как  раз  продемонстрировать  этот  канон.  Всякий  философ

Следующая

76 >