72 >

Парсифалем,  а  победнее,  самоувереннее,  более   по-вагнеровски  -   менее
смутливо,  менее  двусмысленно  в  отношении  своей  единой  потребы,  менее
по-шопенгауэровски, менее нигилистически?..
     5
     - Ну, так что же означают  аскетические идеалы? В  случае художника, мы
начинаем это  понимать: просто  ничего!... Или столько всего,  что все равно
просто  ничего!.. Исключим прежде всего художников: эти последние далеко  не
столь независимо чувствуют себя в мире и по отношению к миру, чтобы присущие
им расценки и их преобразование заслуживали сами по  себе участия! Они  были
во все времена камердинерами  какой-нибудь морали, философии или религии; не
говоря  уже о том, что им,  к сожалению, довольно часто  приходилось  бывать
чересчур гибкими царедворцами своих поклонников и покровителей и льстецами с
отличным  нюхом  на уходящее или вот-вот приходящее  начальство.  По меньшей
мере они постоянно нуждаются в оплоте, опоре, уже установившемся авторитете:
художники никогда не ограничиваются самими собой,  холостяцкая жизнь перечит
глубочайшим  их  инстинктам.  Так,  например,  Рихард Вагнер,  когда "пришла
пора", взял своим проводником, своим защитником философа  Шопенгауэра - кому
бы пришло в  голову, что у него  хватило бы духу на аскетический  идеал  без
поддержки,  каковую  предлагала  ему  философия Шопенгауэра, без  авторитета
Шопенгауэра, достигшего перевеса  в семидесятые годы в Европе?  (не принимая
при  этом в расчет  еще и того, мог ли вообще  существовать в новой Германии
художник,  не  вскормленный  молоком  набожного,  имперски-набожного  образа
мыслей).  - И  таким образом мы  подошли к  серьезнейшему  вопросу:  что это
значит,  когда аскетическому идеалу  присягает  на  верность  действительный
философ, действительно положившийся  на себя ум, как  Шопенгауэр, доблестный
муж  и  рыцарь со  стальным  взглядом, имеющий  мужество быть  самим  собой,
умеющий держаться  себя и не  уповающий на  проводников и  указания свыше? -
Нужно будет учесть здесь сразу же своеобразное  и  для известного рода людей
чарующее отношение Шопенгауэра к искусству: ибо оно-то, по всей очевидности,
и  вынудило  прежде  всего  Рихарда  Вагнера перейти на  сторону Шопенгауэра
(после  увещаний  одного   поэта,  как  известно,   Гервега),  причем  столь
решительно, что это обернулось совершенным теоретическим противоречием между
ранним  его  и  более  поздним эстетическим  кредо  -  между  тем,  что было
выражено,  скажем,  в  "Опере и драме" и в  сочинениях,  изданных после 1870

Следующая

72 >