50 >

прежде).  -  Сообразно  этому  "право" и  "бесправие"  существуют  лишь  как
производные от установления закона  (а не от акта нарушения, как того желает
Дюринг). Говорить о праве и  бесправии самих по себе  лишено всякого смысла;
сами  по  себе оскорбление, насилие,  эксплуатация,  уничтожение  не  могут,
разумеется, быть чем-то  "бесправным", поскольку  сама жизнь в существенном,
именно в  основных  своих функциях, действует  оскорбительно, насильственно,
грабительски, разрушительно и была бы просто немыслима без  этого характера.
Следует признаться себе даже в чем-то более щекотливом: именно, что с высшей
биологической  точки  зрения  правовые  ситуации  могут  быть  всегда   лишь
исключительными  ситуациями, в качестве  частичных  ограничений  доподлинной
воли  жизни, нацеленной  на власть,  и как частные средства,  субординативно
включенные в ее общую цель, - средства как раз к созданию более значительных
единиц власти.  Правовой порядок, мыслимый суверенно и универсально,  не как
средство в  борьбе  комплексов власти, но как  средство против всякой борьбы
вообще - приблизительно по коммунистическому шаблону Дюринга, гласящему, что
каждая  воля  должна относиться  к  каждой воле,  как  к  равной, -  был  бы
жизневраждебным принципом, разрушителем  и растлителем  человека, покушением
на будущее человека, признаком усталости, контрабандистской тропой в  Ничто.
-
     12
     Здесь  еще  одно  слово  о  происхождении  и  цели   наказания  -  двух
распадающихся либо  вынужденно  распавшихся проблемах;  к сожалению,  их  по
привычке смешивают  воедино. Как же  поступают  в этом  случае  знакомые нам
генеалоги  морали?  Наивно,  как  они и  поступали  всегда:  они  отыскивают
какую-либо  "цель" в  наказании, скажем  месть или  устрашение,  простодушно
помещают затем эту  цель  в  начале,  в качестве causa fiendi наказания, и -
хоть кол  на голове  теши! Но "цель  права"  лишь в самую  последнюю очередь
может быть применена к истории  возникновения права:  напротив,  для всякого
рода исторического исследования не существует более  важного  положения, чем
то, которое было достигнуто с такими усилиями, но и должно было на деле быть
достигнуто, - что именно причина возникновения какой-либо вещи и ее конечная
полезность,  ее фактическое  применение и  включенность в систему целей toto
coelo расходятся  между  собой;  что  нечто наличествующее, каким-то образом
осуществившееся,  все снова и снова истолковывается  некой превосходящей его

Следующая

50 >