45 >

заимодавцем  и  должником: здесь впервые личность выступила против личности,
здесь  впервые личность стала тягаться  с личностью.  Еще не  найдена  столь
низкая  ступень цивилизации,  на которой  не были бы заметны хоть какие-либо
следы этого  отношения.  Устанавливать  цены,  измерять  ценности, измышлять
эквиваленты,  заниматься  обменом  -  это  в   такой  степени  предвосхищало
начальное мышление человека, что в известном смысле и было  самим мышлением:
здесь вырабатывались древнейшие повадки сообразительности, здесь хотелось бы
усмотреть и первую накипь человеческой  гордости, его  чувства превосходства
над прочим зверьем. Должно  быть, еще наше слово "человек" (Mensch) выражает
как раз  нечто  от  этого  самочувствия: человек (manas) обозначил себя  как
существо,  которое измеряет ценности, которое  оценивает и мерит  в качестве
"оценивающего  животного   как  такового".  Купля  и  продажа,  со  всем  их
психологическим инвентарем, превосходят по возрасту даже  зачатки каких-либо
общественных форм  организации и  связей:  из  наиболее рудиментарной  формы
личного   права   зачаточное  чувство   обмена,   договора,  долга,   права,
обязанности, уплаты было  перенесено впервые на самые  грубые и  изначальные
комплексы  общины  (в их  отношении  к  схожим  комплексам)  одновременно  с
привычкой  сравнивать,  измерять,  исчислять  власть  властью.  Глаз  так  и
приспособился к этой перспективе: и с топорной последовательностью, присущей
тяжелому  на  подъем, но затем неуклонно следующему в одинаковом направлении
мышлению  более  древнего человечества,  пришли в скором  времени к великому
обобщению:  "всякая вещь  имеет стоимость;  все  может  быть  оплачено"  - к
древнейшему и наивнейшему моральному канону справедливости, к истоку всякого
"добродушия",   всякой   "правомерности",   всякой  "доброй  воли",   всякой
"объективности" на  земле.  Справедливость на этой  первой ступени предстает
доброй  волей  людей  приблизительно  равномощных поладить  друг  с  другом,
"сговориться" путем очередной сделки, - а что до менее мощных, вынудить их к
сделке между собой. -
     9
     Если  мерить  все  еще  мерой глубокой  древности  (каковая  древность,
впрочем, есть  и  возможна  во  все времена): в том  же  важном  изначальном
отношении заимодавца к своим должникам стоит и община к своим членам. Живешь
в общине,  пользуешься  преимуществами коллектива  (о, что  за преимущества!
нынче  мы недооцениваем их временами), влачишь свое  существование под сенью

Следующая

45 >