24 >

контраргумент против нее! Может  быть, совершенно правы те, кто не перестает
страшиться  белокурой  бестии,  таящейся в глубинах всех благородных рас,  и
держит перед нею ухо востро, - но кто бы  не предпочел стократный страх, при
условии  что здесь в  то  же  время есть чем  восхищаться, просто отсутствию
страха,  окупаемому невозможностью избавиться от  гадливого лицезрения всего
неудачливого, измельченного,  чахлого,  отравленного? И разве  это  не  наша
напасть? Чем  нынче  подстрекается наше отвращение к  "человеку"? -  ибо  мы
страдаем человеком, в этом нет сомнения. - Не страхом;  скорее, тем, что нам
нечего больше страшиться  в человеке; что пресмыкающееся "человек"  занимает
авансцену   и  кишмя  кишит  на  ней;   что  "ручной  человек",   неисцелимо
посредственный   и  тщедушный,  уже  сноровился  чувствовать  себя  целью  и
вершиной,  смыслом  истории,  "высшим  человеком",  -  что  он не лишен даже
некоторого права  чувствовать себя таким  образом относительно того  избытка
неудачливости, болезненности, усталости,  изжитости,  которым начинает нынче
смердеть Европа,  стало  быть,  чувствовать  себя  чем-то  по  крайней  мере
сравнительно  удачным, по крайней мере еще жизнеспособным,  по крайней  мере
жизнеутверждающим...
     12
     -  Я  не могу  подавить  на  этом  месте вздоха и последнего  проблеска
надежды. Что же мне  именно столь невыносимо здесь? С чем я в  одиночку не в
состоянии справиться,  что  душит меня  и  доводит до изнеможения?  Скверный
воздух! Скверный воздух! То, что ко мне приближается нечто неудавшееся;  то,
что я вынужден  обонять потроха неудавшейся души!.. Чего только  не вынесешь
из нужды, лишений, ненастья, хвори, невзгод, изоляции? В  сущности, со  всем
этим  удается   справиться,  если  ты  рожден  для   подземного   и  ратного
существования; все снова и снова выходишь на свет, снова переживаешь золотой
час победы  - и тогда  стоишь там,  первородный,  несокрушимый, напряженный,
изготовившийся  к  новому,  к  более  трудному,  более далекому,  точно лук,
который лишь туже натягивается всяческой нуждой. - Но время от времени дайте
же  мне - допустив,  что  существуют небесные воздаятельницы, по  ту сторону
добра  и зла, - взглянуть, лишь одни раз взглянуть  на что-либо совершенное,
до конца удавшееся, счастливое, могущественное, торжествующее, в чем было бы
еще чего страшиться!  На какого-либо человека, который оправдывает человека,
на окончательный и искупительный  счастливый случай человека, ради  которого

Следующая

24 >