23 >

афинян, - их равнодушие  и презрение к безопасности, телу, жизни, удобствам;
их  ужасная  веселость  и  глубина  радости,  испытываемой   при   всяческих
разрушениях,  всяческих  сладострастиях  победы  и  жестокости,  -  все  это
сливалось для тех, кто страдал от  этого, в образ "варвара", "злого  врага",
скажем  "гота",  "вандала".   Глубокое   ледяное  недоверие,  еще  и  теперь
возбуждаемое немцем, стоит только  ему прийти к власти, - является  все  еще
неким рецидивом  того  неизгладимого ужаса, с  которым Европа на  протяжении
столетий взирала  на  свирепства белокурой  германской  бестии  (хотя  между
древними германцами  и нами,  немцами, едва ли существует какое-либо идейное
родство, не говоря уже о кровном). Однажды я обратил внимание на затруднение
Гесиода,  когда  он  измыслил  последовательность  культурных эпох и силился
выразить их в золоте, серебре, меди: ему удалось справиться с противоречием,
на которое  он  натолкнулся  в великолепном  и в то  же время столь ужасном,
столь насильственном мире Гомера,  не иначе как сделав  из одной эпохи две и
заставив их следовать друг за другом - сначала век героев и полубогов Трои и
Фив, каковым мир этот и сохранился в памяти благородных поколений, имевших в
нем собственных предков;  затем медный  век,  каковым  тот  же  мир предстал
потомкам   растоптанных,  ограбленных,  поруганных,  угнанных  в  рабство  и
проданных:  век  меди,  как  было  сказано,  твердый,  холодный,   жестокий,
бесчувственный  и бессовестный, раздавливающий  все  и залитый  кровью. Если
принять за истину то, что во  всяком случае нынче принимается за "истину", а
именно,  что смыслом  всякой  культуры является выведение  из  хищного зверя
"человек"  некой  ручной  и   цивилизованной  породы   животного,  домашнего
животного,  то следовало  бы  без  всякого  сомнения  рассматривать  все  те
инстинкты  реакции  и  ressentiment,  с помощью  которых  были  окончательно
погублены  и раздавлены  благородные  поколения  со  всеми  их идеалами, как
собственно орудия  культуры; из чего, разумеется, не  вытекало  бы  еще, что
носители  этих инстинктов одновременно  представляли саму культуру.  Скорее,
противоположное было бы не только вероятным - нет! но и очевидным нынче! Эти
носители  гнетущих  и  вожделеющих  к  отмщению  инстинктов, отпрыски  всего
европейского  и  неевропейского  рабства,  в  особенности  всего доарийского
населения - представляют движение человечества вспять! Эти "орудия культуры"
-  позор человека и, больше того, подозрение, падающее на "культуру" вообще,

Следующая

23 >