78 >

творческое.
     Я гораздо более ужасный  человек, чем кто-либо из существовавших до сих
пор; это  не исключает того, что я буду самым благодетельным. Я знаю радость
уничтожения в степени, соразмерной моей силе уничтожения - в том и  другом я
повинуюсь своей дионисической натуре, которая не умеет отделять отрицания от
утверждения. Я первый имморалист: поэтому я истребитель par excellence. -
     3
     Меня  не  спрашивали,  меня должны  были  бы спросить,  что  собственно
означает в моих устах,  устах  первого имморалиста, имя  Заратустры: ибо то,
что  составляет чудовищную единственность этого  перса  в  истории, является
прямой противоположностью мне. Заратустра первый увидел в борьбе добра и зла
истинное колесо  в  движении  вещей  - перенесение морали в  метафизику, как
силы,  причины, цели в себе, есть его дело. Но этот вопрос был бы в сущности
уже   и   ответом.   Заратустра  создал  это  роковое  заблуждение,  мораль:
следовательно, он должен быть первым, кто познает его. Не только потому, что
он имеет здесь более долгий и богатый опыт, чем всякий другой мыслитель; вся
история  есть  не  что  иное, как  экспериментальное опровержение  тезиса  о
"нравственном миропорядке", - гораздо важнее то,  что  Заратустра  правдивее
всякого   другого  мыслителя.  Его  учение,   и  только  оно  одно,  считает
правдивость высшей  добродетелью - это значит,  противоположностью  трусости
"идеалиста", который  обращается  в бегство перед реальностью; у  Заратустры
больше мужества в теле, чем у всех мыслителей вместе взятых. Говорить правду
и хорошо стрелять  из лука  - такова  персидская  добродетель.  Понимают  ли
меня?.. Самопреодоление  морали из правдивости, самопреодоление  моралиста в
его противоположность - в меня - это и означает в моих устах имя Заратустры.
     4
     В  сущности  в  моём  слове  имморалист  заключаются два  отрицания.  Я
отрицаю, во-первых, тип человека, который до сих пор считался самым высоким,
- добрых, доброжелательных,  благодетельных;  я отрицаю, во-вторых, тот  род
морали, который, как  мораль сама по себе, достиг значения и  господства,  -
мораль decadence, говоря осязательнее, христианскую мораль. Можно  на второе
отрицание смотреть как на  более решительное отрицание, ибо  слишком высокая
оценка  доброты и  доброжелательства в общем  есть  для  меня уже  следствие
decadence,  симптом слабости,  несовместимый  с  восходящей  и  утверждающей
жизнью:   в  утверждении  отрицание   и   уничтожение  суть  условия.  -   Я

Следующая

78 >