62 >

от себя требовали, было,  если посмотреть  на  дело  в надлежащем освещении,
только  ученой формой твердой веры в господствующую  мораль, новым средством
ее  выражения,  стало   быть,  фактом,  который  сам  коренится   в  области
определенной  нравственности;  в сущности, даже чем-то вроде отрицания того,
что эту мораль  можно  понимать  как проблему,  - и во  всяком случае чем-то
противоположным  исследованию, разложению, сомнению, вивисекции  именно этой
веры! Послушайте, например, с какой почти достойной уважения невинностью еще
Шопенгауэр  понимает собственную задачу, и сделайте  потом свои заключения о
научности такой "науки", последние представители которой рассуждают еще, как
дети и старушки: "Принцип, - говорит он (с. 137 "Основных проблем этики"), -
основоположение,  с  содержанием которого собственно согласны все моралисты:
петтет  neminem laede, immo  omnes,  quantum  potes,  juva  - вот собственно
положение,   обосновать   которое  стараются  все   моралисты...  собственно
настоящий  фундамент   этики,  которого  ищут  в  течение  тысячелетий,  как
философский камень"... Трудность обосновать приведенное  положение, конечно,
может  быть велика - как известно, и  Шопенгауэру не посчастливилось  в этом
отношении,  -  и   кто   вполне  восчувствовал,  как  безвкусно-фальшиво   и
сентиментально звучит этот тезис в мире, эссенцию которого составляет воля к
власти, - пусть тот вспомнит, что Шопенгауэр, хоть и пессимист, собственно -
играл на флейте... Ежедневно, после  обеда; прочтите об этом у его биографа.
И вот еще между прочим вопрос: пессимист, отрицатель Бога  и  мира,  который
останавливается как вкопанный  перед моралью, -  который утверждает мораль и
играет   на  флейте,  подтверждает  laede-neminem-мораль:  как?  разве   это
собственно - пессимист?
     187
     Не  говоря  уже  о ценности таких утверждений, как  то, что "в нас есть
категорический  императив",  всегда еще можно  спросить: что  говорит  такое
утверждение о  том,  кто его высказывает? Есть морали,  назначение которых -
оправдывать  их  создателя  перед  другими;  назначение   одних   моралей  -
успокаивать его и  возбуждать в  нем  чувство  внутреннего довольства собою;
другими - он хочет пригвоздить самого себя к кресту и смирить себя; третьими
-  мстить,  при  помощи  четвертых  -  скрыться,  при  помощи  еще  других -
преобразиться и вознестись на  недосягаемую  высоту.  Одна  мораль служит ее
создателю для того, чтобы забывать,  другая  - чтобы заставить забыть о себе

Следующая

62 >