86 >

битву и рассматривать самого  себя как поле битвы, на  котором с  переменным
успехом  борются  добрые  и  злые  духи. Как известно, чувственная  фантазия
умеряется  и  даже  почти  подавляется  при  правильных половых сношениях и,
наоборот,   разнуздывается  и  дичает  при   воздержании  или  беспорядочных
сношениях. Фантазия многих христианских святых была необычайно загрязнена; в
силу  теории,  что эти вожделения суть  действительные демоны, буйствующие в
них, они не чувствовали себя при этом особенно ответственными; этому чувству
мы обязаны  столь  поучительной откровенностью их признаний.  В их интересах
было, чтобы эта борьба в  известной  мере постоянно поддерживалась, ибо она,
как  сказано,  делала  занимательной  их  пустынную жизнь.  Но  чтобы борьба
казалась достаточно  важной  и возбуждала постоянное  участие  и изумление у
несвятых, нужно было все более хулить и позорить  чувственность; и опасность
вечного  проклятия была так  тесно  связана с  этой областью,  что,  по всей
вероятности,  в  течение  целых эпох  христиане имели нечистую  совесть  при
зачатии детей, чем был, несомненно, нанесен большой вред человечеству. И все
же  истина  поставлена здесь вверх ногами - что особенно не подобает истине.
Правда, христианство сказало: каждый  человек зачат  и рожден в грехе,  и  в
невыносимо преувеличенном христианстве Кальдерона эта мысль  снова связалась
в узел и  укрепилась,  так  что он  осмелился  высказать  самый  извращенный
парадокс, какой только можно себе представить, в известных стихах:
     Величайшая вина человека -
     есть то, что он родился.
     Во  всех  пессимистических  религиях  акт  зачатия ощущается  как нечто
дурное,  но  это  ощущение  ни  в коем  случае  не  имеет  общечеловеческого
значения,  и  даже  не  все  пессимисты сходятся  в своем суждении  об этом.
Эмпедокл, например, ничего  не знает  о постыдном, дьявольском, греховном во
всех  эротических делах;  напротив,  в великой  юдоли бедствий он видит одно
только целительное и утешительное  явление - Афродиту;  она  есть  для  него
залог, что  борьба не будет  длиться вечно, а  некогда уступит власть  более
кроткому  демону.   Христианские  пессимисты-практики,   как  сказано,  были
заинтересованы  в  том,  чтобы  сохранило  господство иное мнение;  в  своем
одиночестве  и  при  духовной  опустошенности  своей  жизни   они  постоянно
нуждались  в  живом  враге  -  и  притом  во  враге,  пользующемся  всеобщим
признанием,  борьба и  одоление которого должны были в глазах  всех несвятых

Следующая

86 >