Фридрих Ницше. Так говорил Заратустра - О свободной смерти
60 >
Многие умирают слишком поздно, а некоторые -- слишком
рано. Еще странно звучит учение: "умри вовремя!"
Умри вовремя -- так учит Заратустра.
Конечно, кто никогда не жил вовремя, как мог бы он умереть
вовремя? Ему бы лучше никогда не родиться! -- Так советую я
лишним людям.
Но даже лишние люди важничают еще своею смертью, и даже
самый пустой орех хочет еще, чтобы его разгрызли.
Серьезно относятся все к смерти; но смерть не есть еще
праздник. Еще не научились люди чтить самые светлые праздники.
Совершенную смерть показываю я вам; она для живущих
становится жалом и священным обетом.
Своею смертью умирает совершивший свой путь, умирает
победоносно, окруженный теми, кто надеются и дают священный
обет.
Следовало бы научиться умирать; и не должно быть праздника
там, где такой умирающий не освятил клятвы живущих!
Так умереть -- лучше всего; а второе -- умереть в борьбе и
растратить великую душу.
Но как борющемуся, так и победителю одинаково ненавистна
ваша смерть, которая скалит зубы и крадется, как вор, -- и,
однако, входит, как повелитель.
Свою смерть хвалю я вам, свободную смерть, которая
приходит ко мне, потому что я хочу.
И когда же захочу я? -- У кою есть цель и наследник, тот
хочет смерти вовремя для цели и наследника.
Из глубокого уважения к цели и наследнику не повесит он
сухих венков в святилище жизни.
Поистине, не хочу я походить на тех, кто сучит веревку:
они тянут свои нити в длину, а сами при этом все пятятся.
Иные становятся для своих истин и побед слишком стары;
беззубый рот не имеет уже права на все истины.
И каждый желающий славы должен уметь вовремя проститься с
почестью и знать трудное искусство -- уйти вовремя.
Надо перестать позволять себя есть, когда находят тебя
особенно вкусным, -- это знают те, кто хотят, чтобы их долго
любили.
Есть, конечно, кислые яблоки, участь которых -- ждать до
последнего дня осени; и в то же время становятся они спелыми,
желтыми и сморщенными.
У одних сперва стареет сердце, у других -- ум. Иные бывают
стариками в юности; но кто поздно юн, тот надолго юн.
Иному не удается жизнь: ядовитый червь гложет ему сердце.
Пусть же постарается он, чтобы тем лучше удалась ему смерть.
Иной не бывает никогда сладким: он гниет еще летом. Одна
трусость удерживает его на его суку.
Живут слишком многие, и слишком долго висят они на своих