Фридрих Ницше. Странник и его тень - 1
9 >
сравнении с необозримым океаном бытия настоящего и прошлого не имеет
никакого значения; что множество звезд имеют одинаковые с землей условия для
развития жизни; но что и это множество звезд тоже едва ли не ничтожная
горсть в сравнении с бесконечным множеством тех звезд, которые никогда не
имели признаков жизни или на которых уже прекратилась всякая жизнь, и что
период жизни на любой планете представляет только момент, одну минутную
вспышку в сравнении с периодом ее существования, - следовательно, жизнь
вовсе не цель и не конечный смысл существования планет. Быть может, и
муравьи в лесу воображают, что они цель и смысл существования, поступая так
же, как и мы, когда воображаем, что гибель человечества обусловливает гибель
земли. Мы еще скромны, если ограничиваемся только этим и не приурочиваем к
похоронам последнего смертного вообще помрачение и мира, и богов. Самый
добросовестный астроном представляет себе землю без жизни не иначе как
светлым, несущимся могильным холмом человечества.
15
Человеческая скромность. - Как мало радостей нужно большинству людей,
чтобы считать жизнь хорошей, - как скромен человек!
16
Где необходимо равнодушие. - Ожидать, что наука дойдет когда-нибудь до
полного разрешения вопросов о первоначальной причине и конечной цели всех
вещей, а до тех пор мыслить по-старому (именно верить!) - есть самый
извращенный взгляд, хотя его довольно часто советуют практиковать.
Стремление иметь в этом отношении только вполне несомненные ответы есть не
более как мистическая потребность, скрытый и только по внешности
скептический вид "метафизической потребности", основанный на задней мысли,
что еще долгое время не будет ничего добыто в этой области конечных причин,
и потому "верующий" в праве пока не обращать внимания на всю эту область.
Однако, для существования цельного и здорового человечества таких твердо
установленных положений относительно отдаленнейших горизонтов так же не
необходимо, как и муравью, чтобы оставаться хорошим муравьем. Мы должны
скорее выяснить себе, в силу чего мы этим вопросам придаем такое роковое и
важное значение; а для этого мы должны воспользоваться историей развития
религиозных и этических чувствований. Ведь, благодаря последним, вопросы эти
стали так важны и достойны внимания: в самые далекие сферы, куда только
направляется взор, не проникая в них, и туда мы внесли такие понятия, как
