26 >

должен". Это все еще обтесанные,  но широкие ступени нравственной  лестницы,
потому что люди еще не умеют ступать по более тонким и узким ступеням. Затем
следует   нравственность  расположения,  вкуса  и,  наконец,  нравственность
рассудка, которая  чужда  всем перечисленным способам устрашающей морали, но
которая  ясно выказала  свои преимущества, когда человечество в  продолжение
многих лет не имело никакой другой нравственности.
     45
     Нравственность  сострадания  в  устах  фанатиков. -  Все, кто не  умеет
достаточно  сдерживать  себя  и  не  знает  нравственности  как  постоянного
проявления и в  большом, и  в  малом самоукрощения и господства  над  своими
желаниями, все они  невольно делаются приверженцами добрых, сострадательных,
благотворительных побуждений,  т.  е.  той  инстинктивной  нравственности, у
которой нет головы, но  которая  вся кажется состоящей из сердца и щедрых на
помощь  рук.  Да, это  вполне  в  их  интересе  заподозревать нравственность
рассудка и признавать действительной только ту, другую нравственность.
     46
     Клоаки души. - Душа  также  должна  иметь определенные клоаки, куда она
могла бы сливать все  свои нечистоты:  для этой цели одним  служат отдельные
личности, обстоятельства,  сословия, другим - отечество, третьим  - весь мир
и, наконец, для наиболее  тщеславных (я подразумеваю наших милых современных
"пессимистов") - сам Юпитер.
     47
     Один  из родов покоя и созерцательности. - Смотри,  чтобы твой покой  и
твоя  созерцательность  не  были похожи  на созерцательность собаки, стоящей
перед  мясной  лавкой; страх  не пускает ее идти вперед,  а жадность  мешает
вернуться назад, и она пожирает мясо глазами, как бы ртом.
     48
     Запрещение без объяснения  причин. -  Запрещение, оснований которого мы
не  понимаем  или не  признаем, есть почти  слепое приказание не  только для
тупоголовых,  но и  для способных  к  познаванию; в этом  случае  приходится
самому  нарушить  запрещение,  чтобы  таким  образом узнать,  для  чего  оно
наложено.   Нравственные   запрещения  пригодны  лишь  в  век  подчиненности
рассудка;  теперь  все  эти запрещения,  предписанные без всяких объяснений,
оказали бы скорее вредное, чем полезное действие.
     49
     Характерная  черта.  -  Какой  человек может  сказать  о себе:  я часто
презираю,  но никогда  не  ненавижу?  В  каждом  человеке я  нахожу что-либо
достойное  уважения,  за  что  я  его и  уважаю,  а так называемые  приятные
качества людей мало прельщают меня.

Следующая

26 >